Стих. БСЭ.

Русская поэзия.

Главная   Романы   Стихи   Поэмы   Сказки   Биографии

 
 

Андрей Белый

 

 

Андрей Белый (настоящее имя Бори́с Никола́евич Буга́ев родился 14 (26) октября 1880 года в Москве в семье математика Николая Васильевича Бугаева (1837—1903), декана физико-математического факультета Московского университета, и его жены Александры Дмитриевны, урождённой Егоровой (1858—1922). Родился будущий стихотворец в сложной семье. Папа дворянин уже в солидном возрасте, мама молодая красивая женщина, но из обедневшей купеческой семьи. Разница в возрасте между супругами 21 год. Отец мечтал сделать из сына серьезного ученного, молодая мать противилась появлению в семье «второго математика». Она играла на рояле, интересовалась гуманитарными науками, литературой, музыкой, собирала вечера. У молодой дамы имелись поклонники, она устраивала скандалы любящему мужу. Мать надеялась увлечь сына музыкой, литературой, живописью. Борис учился музицировать, он любил музыку Шуберта, Бетховена, Мендельсона. В его дневнике имеется запись «Моя старинная любовь к музыке получила теперь своё философское оправдание. Музыка как бы вторично открывается мне, и я весь отдаюсь ей».  В 18 лет он увлекается Григом. Сначала приобрел первую тетрадь, музыка понравилась, вскоре, за два года, у него были собраны все музыкальные произведения уже весь Грига, и он переиграл музыку всего Грига, восхищаясь его всеобъемлющим талантом. Борис знал и естественные науки, но и был свидетелем ссор между матерью и отцом.

Сложные отношения между родителями оказали тяжелое воздействие на формирующуюся психику ребенка, предопределив в дальнейшем ряд странностей и конфликтов Белого с окружающими. ( «На рубеже двух столетий»)

 Борис Бугаев родился и проживал в центре Москвы на Арбате. Отец его обладал широким кругом знакомств  среди представителей старой московской профессуры; в доме бывал Лев Толстой.

В 1891—1899 годах Борис Бугаев учился в гимназии Л. И. Поливанова, где в последних классах увлёкся буддизмом, оккультизмом, одновременно изучая литературу. Особое влияние на Бориса оказывали тогда Достоевский, Ибсен, Ницше. Здесь у него пробудился интерес к поэзии, в особенности к французской и русским символистам (Бальмонт, Брюсов, Мережковский).

В 1895 году сблизился с Сергеем Соловьёвым и его родителями — Михаилом Сергеевичем и Ольгой Михайловной, а вскоре и с братом Михаила Сергеевича — философом Владимиром Соловьёвым. Родители Сергея Соловьева поселились в том же доме, где проживали Бугаевы. Сергей был на пять лет младше Бориса, а родители его взрослые люди, тем не менее, пишут, что дружба получилась.

В 1899 году по настоянию отца Борис поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета. В университете он работает по зоологии беспозвоночных, изучает Дарвина, химию, но и читает каждый новый номер «Мира искусства» — ежемесячный иллюстрированный художественный журнал, целиком посвященный пропаганде творчества русских символистов и являвшийся органом одноименного объединения - «Мир искусства». Осенью 1899 года Борис, по его выражению, «всецело отдается фразе, слогу».

 В 1901 году Андрей Белый сдает в печать «Симфонию (2-ю, драматическую)», на следующий год творение выходит из печати. Тогда же М. С. Соловьев придумывает ему псевдоним «Андрей Белый». Литературное произведение начинающего писателя нельзя было назвать прозой, но оно не было и стихом, а  представляло собой нечто среднее.

При жизни опубликованы также «Северная симфония (1-я, героическая)», 1904; «Возврат», 1905; «Кубок метелей», 1908.  Вот как выглядит 1-я Героическая симфония.

 «Большая луна плыла вдоль разорванных облак.
    То здесь, то там подымались возвышения, поросшие молодыми березками.
    Виднелись лысые холмы, усеянные пнями.
    Иногда попадались сосны, прижимавшиеся друг к другу в одинокой кучке.
    Дул крепкий ветер, и дерева махали длинными ветками.
    Я сидел у ручья и говорил дребезжащим голосом:
    «Как?.. Еще живо?.. Еще не уснуло?»
    «Усни, усни… О, разорванное сердце!»
    И мне в ответ раздавался насмешливый хохот: «Усни… Ха, ха… Усни… Ха, ха, ха…»

 

В стане символистов новое произведение приняли восторженно, для них оно представляло непахотное поле, которое предстояло поднять плугом воображения.

Академическая критика отозвалась негативно о начинаниях Бориса Бугаева он же Андрей Белый. Критиков видимо шокировала необычная форма произведения. Толи незавершенная проза, то ли не удавшийся стих. Консервативное мышление тогдашних критиков не могло воспринять всерьез начинания дебютанта. За что получили отлуп от современной критики, готовой переварить любую фурму литературного творения. 

Вот современная оценка симфоний. Писатель  «…сразу продемонстрировал ряд существенных черт его творческого метода: тяготение Белого к синтезу слова и музыки (система лейтмотивов, ритмизация прозы, перенесение структурных законов музыкальной формы в словесные композиции, соединение планов вечности и современности, эсхатологические настроения».

В декабре 1901 года Белый входит в среду символистов группирующихся вокруг издательств «Скорпион» (В. Я. Брюсов, Константин Дмитриевич Бальмонт, Ю. К. Балтрушайтис), «Гриф» (С. Кречетов и его жена Н. И. Петровская, героиня любовного треугольника между ней, Белым и Брюсовым, отразившегося в романе последнего «Огненный ангел»), затем знакомится с организаторами петербургских религиозно-философских собраний и издателями журнала «Новый путь» Дмитрием Сергеевичем Мережковским и Зинаидой Николаевной Гиппиус.

Осенью 1903 года вокруг Андрея Белого организовался литературный кружок, получивший название «Аргонавты» (Эллис, С. М. Соловьев, А. С. Петровский, М. И. Сизов, В. В. Владимиров, А. П. Печковский, Э. К. Метнер и другие), исповедовавшего идеи символизма как религиозного творчества («теургии»), равенства «текстов жизни» и «текстов искусства», любви-мистерии как пути к эсхатологическому преображению мира. В основном «аргонавты» собирались дома у Владимирова или Белого («Воскресенья»). Кружок представлял собой некое неформально братство, клуб по интересам. В 1904 году «аргонавты» собирались на квартире у Астрова. На одном из заседаний кружка было предложено издать литературно-философский сборник под названием «Свободная совесть», и в 1906 году вышли две книги этого сборника.

В начале 1903 года Белый вступил в активную переписку с Александром Блоком по поэтическим и философско-религиозным вопросам, после личного знакомства в 1904 году между поэтами возникает интимная и «мистическая», экзальтированная дружба. Вскоре их отношения приобретают драматический характер: в 1906 Белый переживает мучительное увлечение супругой Блока Л.Д. Блок.

В 1907 году опять возникли разногласия. Поводом послужила маленькая пьеса "Балаганчик". А. Белый воспринял "Балаганчик" как личное оскорбление. Потом молодые люди помирились.

Ранее в 1903 году Бугаев Борис  с отличием окончил университет, но решил продолжить учебу уже по другой специальности, и осенью 1904 года поступил на историко-филологический факультет университета, выбрав руководителем Б. А. Фохта, а  в 1905 году прекратил посещать занятия, в 1906 году подал прошение об отчислении, в том же году стал сотрудничать в «Весах».

Андрей белый развивает «аргонавтические мотивы в своих статьях  напечатанных в «Мире искусства», «Новом пути», «Весах», «Золотом руне», а также в сборнике стихов «Золото в лазури» (1904).

 

Крушение «аргонавтического» мифа в сознании Белого (1904-06) произошло под влиянием ряда факторов: смещения философских ориентиров от эсхатологии Ницше и Соловьева к неокантианству и проблемам гносеологического обоснования символизма, трагических перипетий неразделенной любви Белого к Л. Д. Блок (отразившихся в сборнике «Урна», 1909), раскола и ожесточенной журнальной полемики в символистском лагере.

 События революции 1905-07 были восприняты Андреем Белым поначалу в русле анархического максимализма, однако именно в этот период в его поэзию активно проникают социальные мотивы, «некрасовские» ритмы и интонации (сборник стихов «Пепел», 1909). В «Пепле» само название символически подчеркивает прощание со «сгоревшими» былыми мистическими надеждами. В сборнике слышны отзвуки революции 1905-1907, отчетливы социальные мотивы, трагическое восприятие забитости и беспросветной нужды «сермяжной» Руси (книга вышла с посвящением Н.А. Некрасову). Сборник «Урна» продолжает традицию русской философской поэзии, идущей от Е. Баратынского и Ф. Тютчева, отражает освоение автором разнообразных философских систем.

После мучительного разрыва с Блоками Белый на полгода уезжает за границу (залечивать душевные раны) там он сблизился в апреле 1909 года с Асей Тургеневой.

В 1910 году Бугаев, опираясь на владение математическими методами, читал начинающим поэтам лекции о просодии — по словам Д. Мирского, «дата, с которой можно отсчитывать само существование русского стиховедения как отрасли науки».

С Тургеневой Белый вступает в гражданский брак и вместе с ней 1911 году совершили ряд путешествий через Сицилию — Тунис — Египет — Палестину (описано в «Путевых заметках»).

В 1912 в Берлине он познакомился с Рудольфом Штейнером (австрийский учёный, доктор философии, оккультист, эзотерик, социальный реформатор, архитектор, ясновидящий и мистик XX века...), и становится его учеником и без оглядки отдаваясь своему ученичеству и антропософии (религиозно-мистическое учение). Фактически отойдя от прежнего круга писателей, работает над прозаическими произведениями. В 1912-1916 Белый прослушал более 30 курсов (свыше 400 лекций) Р. Штейнера. В 1914-1916 участвует в возведении в Дорнахе (Швейцария) антропософского храма Гетеанума, все больше погружается в изучение оккультной традиции.

Когда разразилась война 1914 года, Штейнер со своими учениками, в том числе и с Андреем Белым, находились в швейцарском Дорнахе, где начиналось строительство Гётеанума. Этот храм строился собственными руками учеников и последователей Штейнера. В Берне 23 марта 1914 года был заключен официальный брак Анны Алексеевны Тургеневой с Борисом Николаевичем Бугаевым.

 

В 1916 году длинная рука российской имперской бюрократии некстати вытаскивает его из невоюющей Швейцарии. Б. Н. Бугаев был вызван в Россию «для проверки своего отношения к воинской повинности» и кружным путём через Францию, Англию, Норвегию и Швецию прибыл в Россию. Жена за ним не последовала, Ася оказалась «недекабристкой».  

Войну Белый воспринял как общечеловеческое бедствие. Февральскую революцию 1917 Белый принял как неизбежный прорыв к спасению России. Октябрьскую революцию приветствовал как спасительное освобождение творческих начал от инерции застоя, возможность выхода России и вслед за ней всего мира на новый виток духовного развития.  Культурфилософские идеи этого времени нашли воплощение в его эссеистическом цикле «На перевале» («I. Кризис жизни», 1918; «II. Кризис мысли», 1918; «III. Кризис культуры», 1918), очерке «Революция и культура» (1917), поэме «Христос воскрес» (1918), сборнике стихов «Звезда» (1922).

После Октябрьской революции он вёл занятия по теории поэзии и прозы в московском Пролеткульте среди молодых пролетарских писателей. В первые послереволюционные годы Бугаев активно откликнулся на призывы развернуть культурно-просветительскую деятельность в массах. Он выступает в качестве оратора, лектора, педагога, одиного из организаторов Вольной философской организации (ВОЛЬФИЛЫ). Эти годы отмечены желанием Белого-публициста «стать понятным» людям, отойти от затемненного, «разорванного» языка прежних лет.

В 1921 Белый выезжает в Европу с целью организовать издания своих книг и основать в Берлине отделение ВОЛЬФИЛЫ. Там он провел два года, сблизится с М. Цветаевой, размышлял, какое-то время размышлял не остаться ли за рубежом навсегда. В Европе опубликовал 16 книг, в том числе поэму Глоссолалия (1922) - фантазию о космических смыслах звуков человеческой речи. Но прежде всего он встретился со своей женой.  Из объяснения с Асей стало ясно, что продолжение совместной семейной жизни невозможно.

Белый возвращается в Союз. В марте 1925 года он снял две комнаты в Кучине под Москвой.  

Вернувшись в обратно, задумывает написать эпопею «Москва». Написаны были лишь две части 1-го тома «Московский чудак» и «Москва под ударом» (обе изданы 1926) и 2-й том «Маски», 1932. Выступает как мемуарист — «Воспоминания о Блоке» (1922-23); трилогия «На рубеже двух столетий» (1930), «Начало века» (1933), «Между двух революций» (1934), пишет теоретико-литературные исследования «Ритм как диалектика и «Медный всадник» (1929) и «Мастерство Гоголя» (1934).

Писатель умер на руках у своей жены Клавдии Николаевны 8 января 1934 года от инсульта, случившегося в  следствие солнечного удара, полученного в Коктебеле.

Эта судьба была угадана им в сборнике «Пепел» (1907):

Золотому блеску верил,

А умер от солнечных стрел.

Думой века измерил,

А жизнь прожить не сумел.

Вообще при жизни Андрей Белый был неплохим предсказателем (можно сказать хорошим), так в 1921 он первым в мировой литературе откликнулся на физические разработки Кюри пророческим символом:

«Мир — рвался в опытах Кюри

Атомной, лопнувшею бомбой».

 

Важнейшей частью наследия Андрея Белого являются работы по филологии, прежде всего по стиховедению и поэтической стилистике. Среди другого, автор развивает теорию «ритмосмысла», принципы исследования звукописи и словаря писателей (отдельные статьи из книги Символизм, работы Жезл Аарона (О слове в поэзии), Ритм и смысл, О ритмическом жесте (все три — 1917), Ритм как диалектика и «Медный всадник» 1929, Мастерство Гоголя 1934. Эти исследования оказали во многом основополагающие воздействие на литературоведение XX века (формалистская и структуралистская школы в СССР, «новая критика» в США), заложили основы современного научного стиховедения (различение метра и ритма и другое).

В своем творчестве Андрей Белый показывал общий смысл мироустройства. Как писал его современник философ Ф. Степун, «творчество Белого — это единственное по силе и своеобразию воплощение «небытия рубежа двух столетий», это художественная конструкция всех тех деструкций, что совершались в нем и вокруг него; раньше, чем в какой бы то ни было другой душе, рушилось в душе Белого здание XIX века и протуманились очертания двадцатого».

 

В память о писателе Андрее Белом (Борисе Бугаеве) установлена Доска на доме по улице Арбат, 55, где он родился и вырос.

Адреса где жил писатель:

01.1905 года — квартира Мережковского в доходном доме А. Д. Мурузи — Литейный проспект, 24;

Переодически Б. Бугаев проживал в меблированных комнатах «Париж» в доходном доме П. И. Лихачёва на Невский проспект, 66. В  Царском Селе на Колпинской улице, 20.

Весной 1920 — 10.1921 в доходном доме И. И. Дернова по улица Слуцкого, 35.

 

Поэты

Белый

Ахматова

Алигер

Анненский

Атокольский

Баратынский

Брюсов

Есенин

Лермонтов

Майков

Некрасов

Никитин

Пушкин

Тютчев

Фет

 

 

 

ГлавнаяРоманыСтихиПоэмыСказкиБиографии

 

МИР ПОЭЗИИ